Герб БГПУ

Нужна ли астрономия в школьном обучении?

Г.В.Самойлов
Вселенная и Мы

Когда ставится вопрос о необходимости преподавания астрономии в школе, то оппоненты, чаще всего из руководства, интимным тоном задают встречный убийственный вопрос: А для чего простому работяге в его практической жизни понадобится астрономия?... Ну, там, навигация, ориентация, ориентирование по звездам..., так ведь этим занимается очень небольшое количество людей, которых специально к этому готовят! Вот, пусть они и изучают астрономию!

На первый взгляд в этом рассуждении логика есть. Но давайте, распространим этот подход на другие дисциплины средней школы.

МАТЕМАТИКА. А для чего ее изучать? Существуют калькуляторы, которые считают точнее, чем человек. Вот, если работяге потребуется что-то сосчитать, он и будет пользоваться калькулятором, а всякими там биномом Ньютона да интегралами пусть специалисты занимаются. Разве не так?

ПИСЬМО. А пишущие машины для чего? А скоро будут такие, что прямо с голоса печатать будут, грамматически абсолютно правильно, только лист в машину заложи. Расписаться научился – и хватит!

ИСТОРИЯ. Вот уж, в практической жизни совершенно ни к чему! Что было, то прошло и изменить его нельзя. А что будет, так того все равно никто не знает. Да и саму-то историю историки каждые несколько лет переписывают по-новому. Так нечего на нее и время тратить.

ГЕОГРАФИЯ. Тоже не нужна! Круглая Земля, или плоская, так работяге без разницы, а если надо куда ехать, то купил билет, да и езжай!

ЕСТЕСТВОЗНАНИЕ. Все, что тебе, работяге, знать нужно, тебе расскажут и покажут по телеку.

ФИЗИКА, ХИМИЯ. Опять-таки, где бы ты ни работал, от тебя требуются не твои знания, а точное исполнение инструкций по работе и по технике безопасности. И вообще, чтобы стать Большим человеком, образование ни к чему. Александр Данилович Меншиков ни читать, ни писать не умел, а стал светлейшим князем и богатейшей персоной, без всяких книг! Вот это и есть достойный пример!

ФИЗИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ. Вот это нужно, пожалуй, в первую очередь! И для того, чтобы работа шла легче, и для того, чтобы при случае дать кому как следует! И развлечения для него просты: телек, если уж очень устал, хоть спи перед ним, никто не осудит, или дискотека для живого общения, ну, конечно, и умственные игры, такие, как козел, карты.

И учить такого работягу десять или более лет, да еще за счет всего народа, нет никакой надобности; читать научился, расписаться умеет, мускулы накачал – и иди работать, хоть с десяти лет. Учить тебя курить и водку пить не приходится – сам научишься!

Все сказанное выше далеко не преувеличение. Такого рода обучение, когда на первом месте стоит стадион, можно видеть в США, с которых у нас сейчас стараются брать пример во всем, начиная с эстрады, детективных фильмов и кончая школьным образованием. При этом напрочь забывают, что США – это страна из людей, бросивших свои исторические родины, нравы, обычаи, нередко даже презирающие их, стремящихся на новом месте урвать от жизни как можно больше и побыстрее, хотя бы за счет здоровья, жизни, хоть чужой, хоть своей. Восхищаясь достижениями инженеров и ученых США, не следует забывать, что значительная часть их выписана из стран Европы, в том числе из России, где обучение подрастающего поколения не такое прагматичное. В нашей стране был принят закон о всеобщем обязательном среднем образовании, но в то же время полно недоучек, мало чем отличающихся от показанных выше работяг. Причин такого положения несколько, и полезно хотя бы некоторые из них вспомнить.

– Иждивенческий подход к образованию: раз есть закон, так пусть сами меня и учат, а я могу и бездельничать, все равно они должны меня выпустить, иначе им же попадет! Вот и мучаются педагоги, натягивая тройку явному бездельнику (иногда за мзду!).

– Чисто прагматический подход, который встречается главным образом среди сельского населения, где среднее образование представляется причиной, отвлекающей подростка от крестьянского труда, в котором для семьи каждая пара рук дорога. Подобный взгляд на образование встречается, причем часто и среди малокультурных и малообеспеченных слоев рабочих, дети которых стремятся как можно быстрее приобщиться к жизни и труду взрослых.

– Стремление высшего партийного руководства подготовить массовые кадры освободителей мирового пролетариата от ига капитализма. Кадры эти, естественно, предполагались нашими и их наступление хорошо просматривалось по комсомольской песенке, которую в двадцатых годах распевали в строю подростки, одетые в юнгштурмовки:

Всех буржуев перебьем,
за границу жить пойдем!
Э-эх, ухаха, комсомольская братва!
За границей можно жить:
есть что шамать, есть что пить!
Э-эх, ухаха, комсомольская братва!...
И так далее.

Естественно, что видя свое предназначение в мировой револющии, эти подростки совершенно не ощущали потребности в обучении наукам, да заодно не ощущали потребности в обыкновенной человеческой нравственности, заменяя ее классовым революционным сознанием.

Создается впечатление, что руководители высокого ранга не всегда понимают, даже не догадываются, что упрощенный подход к обучению подрастающего поколения в масштабе такой крупной страны, как наша, приведет за сравнительно короткое время к резкому расслоению общества на громадную массу кое-как обученных работяг, ничего не знающих, кроме той работы, для выполнения которой их проинструктировали; людей с резко суженным интеллектом, ничем не интересующихся, поскольку такими их и воспитали, с низменными обычаями и привычками, фактически таких же, какими были рабы Рима и египетских фараонов, но при более высоком техническом уровне производства, и – на технократов, инженеров и ученых, которых обучали и воспитывали за высокую плату, заранее зная, что готовят господ над рабами. И эти господа, подобно касте египетских жрецов, в своих кабинетах и лабораториях будут развивать науку, технику, которая труд рабов делает более производительным. Эта каста будет властвовать над работягами – рабами, а некоторых сотрет в порошек силами незначительного количества господ инженеров без необходимости привлечения армии или полиции.

Таким образом, могут быть два пути организации образования подрастающего поколения:

всеобщее, равное для всех по его содержанию, сходное с тем, что было у нас, и раздельное, по разным программам, для рабочих упрощенное, а для будущих технократов с углубленным изучением наук.

Первый путь дает всеобщие кадры людей, которые могут не только сознательно относиться к порученной им работе, но и принимать активное участие в ее совершенствовании в силу своей подготовленности. Из этих людей выявляются наиболее талантливые для получения дальнейшего высшего образования. При этом сохраняется возможность общения всех людей, так как фундамент их знаний заложен одинаковый.

Второй путь дает два вида кадров: тех, кто управляет, и тех, кто выполняет работу, руководствуясь строго выполняемыми инструкциями. Практически, из второй группы никогда не выйдут те, кто может занять место в управлении и создании новой техники. В силу резкого различия в подготовке и воспитании этих групп, взаимное общение между ними будет совершенно исключено. И чем дольше будет сохраняться такая система воспитания и обучения, тем дальше эти две группы будут отделяться одна от другой.

Складывается впечатление, что у нас начинают склоняться ко второму пути образования и воспитания подрастающего поколения в силу его простоты, непродолжительности для работяг, меньших затрат со стороны государства. Но при этом не учитывается, что рано или поздно общество станет таким, каким показали его в Машине времени Г.Уэллс и Р.Бредбери в 451 по Фаренгейту.

Если дифференцированное обучение будет принято, если громадный класс работяг в городе и на селе будет проходить упрощенное обучение только тому, что необходимо для практической деятельности, то уровень развития общества снизится до неолита. Более того уже этим одним будет заложена основа будущего социального взрыва.

Следует помнить, что комплекс наук, принятых для обучения подростков, создавался на протяжении многих лет и имел своей целью в конечном счете дать подростку гармоническое развитие не для сиюминутной работы, а для работы в его будущем. Упрощенное обучение, оглядывающееся на потребности прошлого, дать этого не может. Обучение в школе дает подготовку на многие десятилетия вперед. Вот об этом часто забывают и некоторые из руководства, которым само их положение должно подсказывать неоходимость в дальновидности.

Вернемся к школьному обучению подростков. Есть одна наука, стоящая особняком. Она сочетает в себе точность и логичность математики, постановку задач, характерную для физики, химии, естествознания, и сама подчас ставит перед этими науками задачи или обобщает результаты их достижений при изучении внешнего мира, не зависящего от деятельности человека. Результаты ее обобщений нередко ложатся в основу философских обобщений и норм нравственности. В силу этого науку эту в древности считали матерью всех наук и называли Космографией, а сейчас именуют Астрономией. Великий Ломоносов, основывая первый Российский университет, первой наукой поставил математику, в второй – Астрономию, которая развивает мироощущение человека и его мировоззрение.

Астрономия играет очень большую роль в формирования правильного взгляда на мир у подрастающего человека и не странно ли, что через 300 лет после Ломоносова, у нас происходит затирание этой науки, преподающими ее учителями математики и физики, которым всегда хочется на свои дисциплины отвести побольше часов, с молчаливого согласия школьного руководства, а подчас и не только школьного. И если у школы есть два-три школьных телескопа, то они мирно стоят в шкафу, поскольку для астрономических наблюдений необходимо тратить ночное время, чего преподавателю физики или математики совсем не хочется делать.

С другой стороны, если попадается преподаватель физики и астрономии, который знает свой предмет не только в объеме учебника, старается дать своим ученикам то, что должно давать по программе, то результаты получаются достаточно впечатляющими.

Приведу только один пример знакомого мне преподавателя физики и астрономии в одной из школ г. Уссурийска, Михайлова Анатолия Владимировича. Сразу оговариваюсь, что он сумел поставить дело так, что мог негласно вносить изменения в расстановку часов программы, чего офицально ему конечно не разрешили бы. Выражаясь современным языком он работал на конечный результат. Вот, что он делал и каковы были результаты. В период месячного практикума по физике (в физмат. классах) он включил в месячную сетку часов весь курс астрономии. К этому времени курс оптики был уже пройден (и математики, соответственно). Уроки подкреплялись и подоспевшей темой по физике – теорией относительности. Для наблюдений использовались пять школьных телескопов, из них три менисковых, девять пединститутских, да еще были заимствованы у математиков пять теодолитов. Для класса в 32 человека при выполнении индивидуальных заданий этого оказалось вполне достаточно. Наблюдения проводились на окраине города. Ребята получали фотографии Луны, Сатурна, Юпитера со спутниками, падения метеоритов, фотографировали участки звездного неба. Потом проводилась математическая обработка и сдача зачетов по материалам наблюдений. Ребята делали для себя маленькие открытия: определение скорости движения метеоритов и др. В период летних каникул девятиклассники расположились лагерем вблизи Станции Службы Солнца, где ребятам доверили настоящую работу по фотографированию Солнца, математическую обработку полученных данных. В то время на Солнце произошла уникальная вспышка, о которой сообщил в Комсомольскую правду корреспондент ТАСС. Через пару дней посыпались запросы на самую восточную уссурийскую станцию из Гринвича, Пик-дю-Миди, из ЮАР и пр. Пять сотрудников станции оказались в цейтноте и им пришли на помощь три десятка добровольных и весьма добросовестных помощников. Математическую обработку эволюции солнечных пятен поручили трем ребятам одновременно, работавшим независимо друг от друга и если результаты сходились, то они считались научно достоверными. За три дня все было обработано и отправлено. В переводе данных на английский, французский, испанский языки помогали тоже ребята. Проверка показала, что ребята выполняли работу на уровне младших научных сотрудников и зачастую точнее, чем штатные сотрудники. По завершению работы директор Станции подытожил: Если бы не твои ребята, я со своим штатом и за месяц не управился бы!

С тех пор прошло много лет. Ребята эти давно стали взрослыми. Из того выпуска состоялось девять кандидатов наук (эти данные примерно шести – семилетней давности), все на переднем крае науки: биофизика, криогеника, физика твердого тела, биохимия, генная инженерия, астрофизика...

У астрономов есть могучий подспудный резерв, это – любители. Их достаточно много и они спонтанно возникают, когда человек посмотрит на небо и задумается над тем, что же он видит. В отличие от математики, географии, например, где любители углубляют полученные фундаментальные знания, любителем астрономии может быть и тот, кто впервые посмотрел на небо заинтересованным взглядом, и тот, кто углубленно изучил какой-то раздел астрономии, и тот, кто самостоятельно изготавливает астрономические инструменты. Они все равны и все поймут друг друга. И нередко любитель астрономии отличается от профессионала только уровнем математической подготовки, да еще возможностью распределять свое время не в зависимости от жесткого плана регулярных работ.

Известно, что обнаружение комет, Новых звезд нередко делаются именно любителями и только вслед за ними эстафету подхватывают профессионалы со своими точными приборами и методами наблюдений. Так же известны любители астрономии, которые строили инструменты, размерами и качеству которых нередко удивляются профессионалы. И немало было случаев, когда любитель становился профессионалом, которого ни один специалист не мог упрекнуть в верхоглядстве, в дилетанстве.

Если же любители объединяются в клубы, то они нередко создают при хорошем руководстве очень интересные, подчас уникальные конструкции, что видно, например, по работам клуба имени Д.Д.Максутова в Новосибирске, под руководством Л.Л.Сикорука. Кстати, сам Д.Д.Максутов, выдающийся оптик, не только практик, но и теоретик, начинал как любитель. И привлечь людей, притом всех возрастов, к занятию астрономией много легче, чем, например, к занятию математикой (вспомните свои школьные кружки)!

Когда в ноябре 1973 года Л.Л.Сикорук выступил по Новосибирскому телевидению с рассказом о предстоящем прохождении кометы Когоутека, показал 100 мм рефрактор и обещал помочь желающим построить телескоп, то на его предложение откликнулось 400 человек. Это ли не показатель подспудной тяги людей к астрономии! (см. Земля и Вселенная 1/81).

Наука Астрономия не пострадает от нашего пренебрежения ею, пострадает будущее Человечества, а возможно и его дальнейшее существование.

Из всего сказанного вытекает следующее.

Каждый человек должен иметь возможность получить среднешкольное образование. Документ об образовании должен отражать полноту усвоения единой программы, хотя бы и различными методами.

Астрономия должна преподаваться двумя циклами, в младших и в средних классах, по программам различной сложности. Преподаванию должно уделяться внимание, как одной из ведущих дисциплин. При этом программу следует пересмотреть, сделав упор на объяснение физической природы астрономических явлений и прежде всего тех, которые происходят повседневно и регулярно, четко разграничить их причины и следствия, увязать астрономию с другими науками.

Включить обязательное проведение учащимися самостоятельное выполнение лабораторных работ, астрономических наблюдений. При этом создать условия, стимулирующие преподавателей к проведению ночных наблюдений с учащимися.


Источник информации: Астронет
Дата публикации: вторник, 1 апреля 2003 года
Версия для печати | Оглавление